Как в российском обществе в начале Крымской войны 1853–1856 годов относились к перспективам военного конфликта с Францией?

В начале 1850-х годов в памяти российского общества еще жива была великая победа 1812 года, представлялось совершенно немыслимым, что племянник непобедимого корсиканца, «маленький Наполеон», может добиться успеха в том, что не удалось его гениальному дяде. Русские «патриоты» распевали положенные на музыку слова неизвестного автора:

Вот в воинственном азарте

Воевода Пальмерстон

Поражает Русь на карте

Указательным перстом!

Вдохновлен его отвагой

И француз за ним туда ж,

Машет дядюшкиной шпагой

И кричит: «Allons, courage!»

(«Вперед, будем мужественны!»)

Графиня Растопчина предостерегала нового французского императора:

А ты, Луи-Наполеон,

Тебе пример – покойный дядя!

Поберегись и будь умен,

На тот пример великий глядя!

Ей вторил друг А. С. Пушкина, именитый поэт князь П. А. Вяземский, напоминая о герое:

Кем полна была земля,

Кто взлетел на пирамиды,

Кто низвергнут был с Кремля,

Не стерпевшего обиды!

Легко представить, каким обжигающе холодным душем стало бесславное поражение русских войск 8 сентября 1854 года на реке Альме в первом же бою с высадившимися в Крыму объединенными силами французов, англичан и турок.